Рок-волна / The Boat That Rocked

Режиссер: Ричард Кертис
В ролях: Филип Сеймур Хоффман, Билл Найи, Джемма Артертон, Рис Айфанс, Кеннет Брана, Джануари Джонс, Ник Фрост, Джек Дэвенпорт, Том Старридж
Великобритания, Германия, 2009
129 мин.
www.theboatthatrocked.co.uk

Сюжет

Сентиментальная ретрокомедия про пиратcкую станцию на корабле. Второй режиссерский фильм сценариста «Четырех свадеб и одних похорон» и постановщика «Реальной любви».

Рецензия

Роман Волобуев
Гибель божков

1966 год. Америка увязла во Вьетнаме. В Чикаго белые граждане забрасывают камнями Мартина Лютера Кинга. А в Англии все, кто младше тридцати, вечера напролет рубятся под The Troggs, The Kinks, The Turtles и Джими Хендрикса, которых нелегально ставят в эфир несколько веселых сумасшедших, засевших на ржа­вом траулере посреди Ла-Манша и потому не подпадающих ни под чью юрисдикцию, кроме собственной. Пока комический галстучный начальник из минкульта (Кеннет Брана) и его помощник, чья фамилия в самом мягком переводе прозвучит как Чмо (Джек Дэвенпорт), роются в морском законодательстве, пытаясь найти легальный способ прекратить безобразие, на корабль прибывает стеснительный старшеклассник Карл (Том Старридж), недавно исключенный из школы за курение и неосмотрительно (или, наоборот, вследствие высшей прозорливости) отправленный мамой на перевоспитание к крестному, управляющему и главному инвестору всего этого плавучего дурдома. Крестный (Билл Найи) с ходу предлагает гостю табака, алкоголя и наркотиков, в общем, легко догадаться, что следующие несколько недель станут для формировании юного характера решающими.

Ричард Кертис, автор «Четырех свадеб и одних похорон», «Ноттинг-Хилла» и «Реальной любви», экранизатор приключений Бриджит Джонс (и какое-то время бойфренд ее авторши), главный на планете пропагандист и экспортер образа cool ­Britania, у себя дома всегда подвергался насмешкам как ­бес­совестный лакировщик действительности. Соотечественники при его имени обычно кривятся и говорят, что выдумать такую марципановую Англию мог только выходец из колоний (Кертис действительно родился в Новой Зеландии, а детство провел в Африке и Европе). Вместе с тем его персональный остров Гдетотам, край вечного сочельника, населенный не ­нуждаю­щимися в деньгах лодырями и девицами с очаровательно неустроенной личной жизнью, был настолько точным ­отраже­нием чаяний новых лейбористов, что в какой-то момент стало окончательно непонятно — Кертис работает придворным пропагандистом у команды Тони Блэра или все-таки Блэр с командой сбежали в реальный мир из кертисовских сценариев. Сход­ство было так очевидно, что настоящий британский премьер считал необходимым совершенно всерьез объясняться по поводу знаменитой сцены в «Реальной любви», где его экранный двойник не поделил с президентом США секретаршу.

Нулевые и война в Ираке лишили британскую политико-экономическую реальность романтического флера. И Кертис, идеалист, но никоим образом не слепец («Реальная любовь», на минутку, начиналась монологом про 11 сентября), оказался перед неприятным выбором — начать потихоньку развенчивать свой прекрасный уютный мир или просить политического убежища в прошлом. Он выбрал второе, но реальность нашла его и в 60-х, как служащие Симона Визенталя нацистского преступника. «Рок-волна», явно задуманная как предисловие к прошлым кертисовским работам (обаятельно расфокусированный, робко засматривающийся на окружающих девиц малолетний герой имеет все шансы вырасти в Хью Гранта), получилась скорее эпилогом к ним — фильмом о конце прекрасной и дурацкой эпохи, «лучших дней в нашей жизни», как со слезами на нетрезвых глазах говорит самый разумный герой. Конец — так конец, тем более весь расклад с дырявой лодкой посреди холодного моря услужливо предоставлял финальную метафору. Но Кертис, возможно, и не слепец, но все-таки клинический оптимист. Или он, как жена сказочника в известном фильме, считает, что стыдно убивать героев для того, чтобы растрогать холодных и расшевелить равнодушных (известный факт, что «Четыре свадьбы и одни похороны» в первой редакции назывались просто «Четыре свадьбы» — похороны туда, несмотря на протесты ­автора, вписала уже упомянутая Хелен Филдинг). Вместо ­про­сящейся в финальный кадр братской могилы он заканчивает веселым веером грампластинок в диапазоне от R.E.M. до Dire Straits, призванным символизировать то, что вне зависимости от судьбы конкретного корабля на флоте по большому счету все хорошо и музыке никогда не поздно заменить батарейки. И впервые в карьере данного кинематографиста его заразительным святым оптимизмом очень хочется, но категорически не получается проникнуться.

13 апреля · Специально для «Афиши»

Присылайте свои рецензии lll2@list.ru

Мои впечатления