Домино / Domino

Сюжет, Рецензия

Станислав Зельвенский пишет:

Фильм, в котором все — слишком

Папа сыграл в «Маньчжурском кандидате» и умер, мама — бывшая модель со всеми вытекающими, маленькая Домино украла в храме монетку, и Бог сказал ей: не бери в голову. Девочка полюбила нунчаки, выбелила челку и научилась бить в нос так, чтобы сломать. Охотники за беглыми преступниками взяли ее третьей — чтобы, когда они идут по улице, прохожие не морщились, а завидовали. Продюсеры реалити-шоу приставили к ним операторов и двух обормотов из сериала «Беверли-Хиллз 90210». Потом завертелось: $10 млн, обиженный босс мафии, больной ребенок, толстая негритянка, грабители — любители «На гребне волны», афганский взрывник, отстреленная рука с наколотым кодом к сейфу, секс под мескалином, божий посланник с лицом Тома Уэйтса, казино в небоскребе, орел или решка.

Первые полчаса «Домино» смотришь открыв рот — потому что это как-то невероятно круто. Вторые полчаса — тараща глаза, потому что пытаешься понять, что же происходит. Оставшийся час пытаешься понять, что же происходит и почему так раздражает то, что еще полчаса назад казалось невероятно крутым. Как это отражается на соматических реакциях, трудно сказать — вероятно, все индивидуально. У меня лично было такое ощущение, как когда в глаз светят фонариком.

Тони Скотт двадцать лет был лучшим на свете постановщиком блокбастеров, от «Лучшего стрелка» до «Врага государства». Потом он придумал прием: он стал снимать блокбастеры так, как их снимали бы Годар или Кар Вай, посади их на студийный оклад. Он начал использовать смазанные планы, вставлять титры поверх изображения, баловаться со светофильтрами. Получились «Шпионские игры» и «Гнев» — отменные, новаторские, невероятной красоты триллеры. А потом прием сожрал Скотта.

«Домино» полностью создано на постпродакшне, в нем нет ни одного необработанного кадра, как в какой-нибудь «Матрице» или «Городе грехов». Этот фильм — машина для убийства: он сбивает с ног, несколько раз бьет под дых, а потом начинает методично и нестерпимо долго закатывать тебя в асфальт. Снимая биографию «адреналиновой наркоманки», как выражается Скотт, он нашел максимально адекватный содержанию стиль — но выяснилось, что провести два часа в этом аду хочется еще меньше, чем в обществе реальной Домино Харви.

Впрочем, кто эта Домино Харви, кроме как «my name is Domino Harvey and I’m a bounty hunter»? Как нередко случается с проектами, созданными с одержимостью, сам объект одержимости по ходу растворился в фоне. Домино потерялась где-то между невадской пустыней и казино в Лас-Вегасе, в оттенках охряного и зеленого, в ухмылочке Рурка и прищуре Рамиреса, между орлом и решкой. Ближе к середине она съеживается до размеров закадрового голоса, съехав на периферию глупейшего сюжета с подставами, миллионами и больным ребенком.

«Домино» оказалось по-своему блестящим, но и невероятно обидным памятником упущенным возможностям. Чрезмерность каждого элемента фильма — нарратива, монтажа, игры, музыки, цвета — убила то единственное, без чего фильм никак не возможен и что так хорошо понимал Скотт во времена наивного «Лучшего стрелка», — человеческую историю. Родители любили девочку слишком мало — Скотт полюбил ее слишком сильно.

Роман Волобуев пишет:

Лучший некролог на свете

Домино (Найтли) — 19-летний ангел с прической, как у Эдварда Ферлонга в «Терминаторе-2», с пересохшими губами, смазанной тушью и разбитыми в черную кровь костяшками пальцев — пристегнута наручниками к столу в комнате для допросов. Какая-то злобная лесба в костюме и с точилкой для карандашей (Лю) пытается прессовать ее на сакраментальную тему: типа где деньги? Про деньги (10 fucking миллионов, в мешках) Домино молчит. Зато рассказывает про смерть золотой рыбки, про то, как десятицентовик, украденный из церковной кружки для пожертвований, определил ход ее жизни, как она перестала бояться смерти, как продала душу мелкому дьяволу с телевидения, как обрела семью, как потеряла все и оказалась тут перед нами.

В 60 лет — в возрасте, когда другие уже примериваются, как бы понезаметней выжить из ума, — у британца Тони Скотта выросли крылья. В прошлом хороший (да что уж там, замечательный, самый лучший) коммерческий режиссер Скотт все эти годы будто намеренно держался сугубо ремесленных рамок, и надо было быть fucking провидцем, чтоб заподозрить в нем какие-то глубины, да и вообще хоть что-то — кроме безусловного, Богом данного таланта к нарезке пленки на короткие куски. Скотт будто боялся дать себе волю или просто копил что-то внутри, чтоб потом взорваться. И если прошлогодний «Гнев» (в котором он впервые слетел со своих профессиональных голливудских катушек) был просто очень сильным фильмом, то «Домино» — его «Гражданин Кейн», его «Пятый элемент», его, не побоюсь этого слова, «Авария — дочь мента». В одночасье перепрыгнув из технарей в визионеры, Скотт снимает кино будущего уже сегодня — сидя в зале, чувствуешь, как на тебе обкатывают, может, не вполне еще совершенные, но уже вполне нешуточные нейротехнологии. Зеленый и желтый цвета тут ведут какой-то совершенно свой, параллельный сценарию, рассказ; вонгкарваевское целлулоидное марево полнится роем всплывающих текстовых подсказок, смыслы перепутаны, утоплены в чувственном фоне настолько, что кажется, их нет тут вовсе, а полуголая артистка Найтли, оседлав брыкающегося механического быка, становится на замедленной съемке шестирукой богиней — обозначая тем финальный этап давно намечавшейся смычки порнографии с иконописью. И понятно, что существуют на свете фильмы поумней, пособ ранней и даже (ну может быть) покрасивей этого, но с таким напором, с такой плотностью живых эмоций лично я прежде сталкивался лишь однажды — в стоуновских «Прирожденных убийцах», так же топивших смыслы в монтаже и гнавших жизнь героев на быстрой перемотке. Видимо, что-то в этом роде прокрутилось и перед глазами настоящей Домино Харви — совсем некрасивой, по-нехорошему бледной тридцатилетней героинщицы с плохими зубами, которая благополучно передознулась за полгода до выхода картины и теперь может лишь улыбнуться на финальных титрах — и этой своей болезненной, кривоватой улыбкой немного охладить тех, кто тоже решит попробовать не бояться смерти. Хотя если перед смертью всем показывают такую нарезку, бояться ее и правда не стоит.

www.afisha.ru

Присылайте свои рецензии lll2@list.ru

Мои впечатления